Платье для премьеры

Ура! Сегодня – последний съемочный день, крайний, как говорят киношники. Закончились съемки – интересный, но самый ответственный и трудный для меня период в работе над созданием фильма.

Я ехала домой и думала о том, что, слава Богу, все страхи и волнения уже позади. Не надо бояться, что пойдет дождь, когда нужно снимать солнце, не надо бояться застрять в пробке по дороге на съемку, не надо бояться болезни героя или кого-нибудь из членов съемочной группы…

Все прошло по плану. Все прошло просто замечательно!

Но теперь предстоит другой, не менее сложный период – монтаж. Но это уже - мое! Это та работа, при мысли о которой у меня начинают дрожать «поджилки», я не знаю, что может быть интересней… На каждой съемке я представляю себя за монтажным столом и уже вижу, как один план будет склеиваться с другим…

По-моему, это болезнь. Не знаю только, как она называется… А, да, Эйзенштейн сказал, что «Кино – это монтаж». Вот как называется эта болезнь – КИНО!!! Причем хроническая и неизлечимая…

Проезжая по площади у Никитских ворот, я остановила машину, вышла из нее, чтобы зайти в магазин, купить домой хлеба, и вдруг увидела рядом магазин «Ткани». Да, да, тот самый, на углу Тверского бульвара и Малой Никитской улицы, который, кажется, был здесь всю жизнь, во всяком случае, мою…

Я поймала себя на мысли, что я давно не заходила в такие магазины. Когда-то я покупала здесь жутко дефицитный в те времена, немецкий гипюр. Да, точно, на свою же собственную свадьбу! Как я была счастлива, даже в очереди не пришлось стоять, приехала как раз вовремя, когда завезли новый товар. Купить что-то приличное тогда в магазине, да еще без очереди, - это было не просто счастьем, это было Чудом!

Сейчас необходимость шить себе одежду отпала. А раньше мы все шили сами. Ох, как не любила я это занятие. Особенно я не любила делать раскрой ткани. Всегда так боялась испортить ткань! Чуть – чуть ошибся, неправильно сделал выкройку – и ничего уже не поправишь!

Семь раз отмерь…

Стоп… что-то мне это напомнило. Не пойму, кажется, совсем недавно я испытывала такие же чувства, но когда?

Ну, конечно же, это было на съемках фильма. Я всегда волнуюсь, как пройдет съемка, вдруг что-то пойдет не так, и тогда уже ничего не исправишь. Все равно, интервью ли это, или событийная съемка, неважно. Событие не переснимешь, оно уже прошло… Интервью никогда не повторишь, никогда герой не перескажет так, как рассказал однажды…

Я волнуюсь до съемки и волнуюсь после съемки, пока не посмотрю съемочный материал.

«Неправильный раскрой» - и все испорчено, фильм будет уже другим…

Я не удержалась и зашла в магазин. Ах, какой выбор тканей! Ну, где все это было раньше? Тогда, в молодые годы, когда так хотелось красиво одеваться и нравиться всем, и окружающим, и себе, в первую очередь! Я не могла оторвать глаз от прилавка. А какие расцветки, какое качество, какое разнообразие всего этого!

Закружилась голова, захотелось чего-нибудь новенького… И такого, чего нет ни у кого, кроме меня… А что, если… Нет, нет, даже не думай. Нужно садиться за монтаж, потом озвучка, сроки уже поджимают, впереди еще столько работы…

Я сошла с ума, я купила отрез на платье! Как красиво звучит - «отрез на платье», давно я не слышала таких слов.

«Мам, что купила?» - встретила меня на пороге дочь. «Что такое, обновка? Что у тебя в руках?» - не успокаивалась она. « Это отрез на платье» - ответила я с гордостью. «А что это такое?». «Кусок ткани». Дочка не успокаивалась: «И что ты собираешься с ним делать?». «Я сошью себе платье!». «Платье? У тебя что, нет платья?». «Есть, но я хочу новое!». «Что-то я никогда не видела, чтобы ты шила! Ты умеешь шить?» «Дочь, я все умею, жизнь научила!» - опять с гордостью ответила я. «И куда ты в нем пойдешь?». «Ну… да хоть на премьеру нового фильма! Представляешь, сразу две премьеры!!!»

Дочь посмотрела на меня с подозрением… А я подумала: «Что же я натворила! Теперь надо как-то выкручиваться…»

Как я мечтала отдохнуть после съемок, представляла, что приду домой, улягусь на диване и буду весь вечер тупо смотреть телевизор. Я всегда так делаю, когда нужно переключить мозги с одной работы на другую.

Но теперь я не могла смотреть ничего, я уже «горела» новой идеей. Я вытащила из комода старые журналы модной одежды с небезызвестным названием «Бурда», выдрала из одного выкройку понравившегося мне платья, разложила на столе ткань и взялась за ножницы…

«Мама, тебе не страшно?» - стояла за спиной дочь. «Страшно, а что делать? Глаза боятся, а руки делают. Обратного пути нет».

«Мам, семь раз отмерь, помнишь, сама учила…».

«Да, да, уже отмерила… Господи, помоги!»

На следующее утро я сидела в монтажной. «Ну, что поехали, с Богом!»- говорю я монтажеру.

Первая сборка - самая сложная. Съемочный материал, хроника, фото, документы, интервью героев… Как это все собрать в кучу! Каждый раз, на каждой картине мне кажется, что у меня ничего не получится. А когда смотришь первый черновой вариант фильма, так называемую «рыбу», или «колбасу», все называют это по-своему, становится плохо. Что это, это мое кино? Вроде в голове я видела совсем другое…

Ну что ж, а теперь нужно поработать серьезно! Теперь начинается вот то самое, долгожданное, - начинается монтаж!

Вчера просидела до четырех утра с платьем. Раскроила, сметала ( собрала все в кучу), одела, посмотрела на себя в зеркале… и упала в обморок. Что это? Какая-то «хламида-манада»! Неужели это мое будущее новое платье!? Ужас!!! А в журнале так красиво…

Что ж, и здесь надо серьезно поработать. Работы мы не боимся. Здесь убрать, тут прибавить, там подкоротить, а рукав подлиннее ( ненавижу выкройки, даже в “Бурде”).

Вообщем, начинается “монтаж”!

Прошло две недели. Все вроде бы налаживалось. И фильм вырисовывался, и платье тоже. Только вот почему-то все время очень хотелось спать!

А вот теперь начинается самый мой любимый период – можно назвать это одним словом, вернее, двумя – “отделочные работы”. Ювелирная, кропотливая, но самая приятная работа.

И в монтажной, и дома я получала необыкновенное наслаждение! “Отделочные работы” – это когда в фильме все становится на свои места. Подчищаются все склейки, убираются все лишние кадрики, лишние звучки, шумочки. Пересматриваешь фильм бесконечное количество раз. И когда понимаешь, что нельзя ничего не убавить и не прибавить, когда видишь, что все планы стоят именно там, где они должны быть, когда музыка звучит именно там, где она должна звучать, вот тогда фильм готов! Все, больше уже сделать ничего невозможно и не нужно! Кино готово!

Неужели, неужели, неужели все ? С каким нетерпением ждешь окончания работы. Но вот фильм готов и становится грустно… А что же теперь делать?

Я пришла домой. Грустно…

Но у меня же есть мое новое платье! И оно почти готово, осталось только кое-что доделать, совсем чуть-чуть. «Отделочные работы» – ювелирная, кропотливая, но самая приятная работа. Обметать швы, убрать кое-где оставшуюся наметку в ткани, обрезать нитки, пришить пуговицы, фурнитуру, отутюжить, - и все , платье готово!

Мое необыкновенно красивое платье, мое, одно единственное, ни у кого нет такого!!! Во всем белом свете!

Я долго вертелась перед зеркалом в новом платье! Совсем как тогда, в молодости…

Позвонил продюсер: «Я договорился, премьера через две недели!»

Ну что ж, я готова, можно одевать платье и смело идти на премьеру! Сразу на две!!!

Только бы не волноваться…




©Ольга Чекалина, © 2005-2014
olga@chekalina.ru

???????@Mail.ru